Capture

Заключение независимой антикоррупционной экспертизы на законопроект об интернет-вещании телеканалов

CaptureЗаключение независимой антикоррупционной экспертизы
на законопроект № 759960-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части особенностей распространения общероссийских обязательных общедоступных телеканалов, а также телеканалов, получивших право на осуществление эфирного цифрового наземного вещания с использованием позиций в мультиплексах на всей территории Российской Федерации, в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе сети «Интернет» (далее – Законопроект)

 

Основные выводы

  1. В Законопроекте выявлены следующие основные нарушения:
    • Любое распространение канала в сети Интернет осуществляется с обязательным использованием программного обеспечения дополнительного искусственного посредника – некой уполномоченной организации. Эта организация может быть коммерческой, то есть действующей полностью в своем интересе (и дружественных компаний), а не в общественных интересах.
    • Положения Законопроекта не предусматривают никаких требований к договорам, которые подлежат заключению между посредником и вещателями (владельцами сайтов). Таким образом, даже такие условия, как стоимость услуг, ответственность за нарушение договора посредник может устанавливать по своему усмотрению. Более того, контрагенты вынуждены будут согласиться на заключение договора на любых условиях, т.к. (см. п. 1.1. выше) без посредника распространять канал в Интернете нельзя.
    • Посредник наделяется полномочиями без каких-либо открытых конкурентных процедур. Одно из требований к посреднику, указанное в Законопроекте – это наличие договоров с вещателями не менее двух третей общероссийских обязательных каналов. Получается, что те вещатели, которые ранее не захотели заключать договор с данной компанией (гражданский принцип свободы договора) понуждаются искусственно к выбору именно данной уполномоченной организации.
    • Законопроект не содержит каких-либо требований к программному обеспечению посредника или обязанность данного посредника обеспечить интеграцию своего ПО с программами вещателей телеканалов / владельцев Интернет-сервисов. Таким образом, все вещатели и владельцы сайтов должны будут сами настроить свое ПО (дополнительные расходы), при том что заранее они не будут знать, какая именно программа у посредника (все риски на вещателе). Для того, чтобы сигнал был стабильный, может потребоваться и перенастройка программ или закупка иного (дополнительного) оборудования гражданами-потребителями.
    • Передача информации через ПО посредника приведет к получению данным лицом информации об абонентах, ответственность за сохранность которой несут вещатели и владельцы сайтов (все риски и ответственность будут на них).
    • Законопроект не регулирует ситуации, когда полномочия посредника были прекращены досрочно (например, из-за нарушений): что делать с действующими договорами, как действовать, пока новый посредник не определен (а без него вещать нельзя).
    • Условия, формы и порядок осуществления контроля за деятельность посредника в Законопроекте не прописан, соответственно, нет возможности сразу понять, как именно его можно привлечь к ответственности за нарушения.
  2. Устранить выявленные нарушения можно только путем отклонения Законопроекта (отмены документа полностью).

Дело в том, что большинство норм, в которых выявлены нарушения, являются ключевыми нормами Законопроекта; если их просто исключить, текст потеряет смысл. Внесение точечных изменений в Законопроект не позволит устранить нарушения, поскольку в большинстве случаев они обусловлены самим искусственным включением посредника в отношения между вещателями телеканалов, владельцами Интернет-ресурсов и абонентами (клиентами).

Решить задачи, котCaptureорые указаны в пояснительной записке — контроль целостности контента телеканалов в сети «Интернет», защита авторских и смежных прав правообладателей, в т.ч. от пиратства – можно только разработав принципиально новый текст.

 

nn

Сетевая нейтральность или В интернет по межгороду

Интернет создавался на основе ряда базовых принципов, с одной стороны, позволивших использовать его в различных целях как гибкую отказоустойчивую систему, способную решать задачи, требующие надежное продолжительное функционирование и обработку больших объемов информации, — с другой стороны, ставших основой для его повсеместного проникновения в качестве универсальной среды взаимодействия. Среди таких принципов:

  • недискриминация типа обрабатываемого трафика,
  • свободная и открытая архитектура,
  • распределение мощностей,
  • единство комплекта протоколов.

 

С развитием Интернета развиваются и технологии, позволяющие интернет-провайдерам (операторам связи) дискриминировать контент, приложения, сайты и сервисы в сети Интернет. Дискриминация контента – это возможность ускорять работу одних ресурсов и замедлять работу других для определённых пользователей или групп пользователей, а также возможность «прослушивать» трафик, используя глубокий анализ пакетных данных (Deep Packet Inspection, DPI).

Долгое время существовало мнение, что операторы не справляются с новыми требованиями по пропускной способности, и если трафик не регулировать, произойдет коллапс, также известный как exaflood. По прошествии лет данный аргумент более не используется – реальность его опровергла. В настоящее время на международном уровне существует понимание того, что именно возможность дискриминации сервисов с целью взимания с них платы за приоритет трафика лишает операторов стимула развивать пропускную способность сети.

В то же время существуют исследования системы «отправляющий платит», действующей в международной телефонной связи, которую Международный союз электросвязи (МСЭ, ITU) пытается распространить на интернет-коммуникации. В случае успеха этой инициативы тарификация интернет-трафика станет дифференцированной: за разговор по скайпу надо будет платить по одним расценкам, за онлайн-игру по другим, за скачивание торрента по третьим и так далее. Такой порядок заложен в новом административном регламенте МСЭ, который обсуждался в конце 2012 года на очередной международной конференции и был принят чуть менее чем половиной государств — участников союза, в том числе Российской Федерацией.

В то же время на национальных уровнях также идут дебаты в отношении сетевой нейтральности. Основная война развернулась в США после безуспешных законодательных попыток, когда Комиссия по коммуникациям США (FCC) установила правила сетевой нейтральности, которые распространяются в том числе и на беспроводную связь. Компания Verizon в настоящий момент судится с FCC, поскольку, по их мнению, Комиссия превысила свои полномочия – подобные решения должны приниматься законодателями. Бессилие правил уже было проверено на практике, когда телеком-гигант AT&T успешно избежал наказания за блокировку сервиса Facetime сотовыми сетями, так же, как и провайдер Comcast, чей собственный сервис Xfinity не учитывается в подсчете трафика для клиента.

Похожая ситуация сложилась в Канаде, где, несмотря на принятие аналогичных правил, не существует какого-либо механизма принуждения компаний к их соблюдению. Спустя почти три года, несмотря на большое количество жалоб со стороны пользователей и такие громкие скандалы, как урезание пропускной способности для World of Warcraft со стороны оператора Rogers или многочисленные свидетельства урезания трафика файлообменных и медийных сервисов со стороны Bell Canada, никаких санкций в отношении компаний предпринято не было.

Нидерланды стали второй страной мира (после Чили), где нейтральность была принята на законодательном уровне в ответ на попытки местного монополиста KPN дополнительно тарифицировать VoIP и мессенджеры. В том же законе было запрещено использование DPI, за исключением случаев с согласия пользователей или по судебному предписанию.

В Южной Корее операторы объявили открытую войну (и правительство им разрешило) VoIP сервисам, от полной блокировки, до дополнительной тарификации трафика. Главная мишень – приложение KakaoTalk.

В Бразилии сетевая нейтральность входила в пакет законодательных изменений Marco Civil, который, к сожалению, был заблокирован лоббистскими организациями.

В то же время Еврокомиссия, изучив результаты исследования BEREC, всерьез рассматривает введение на территории Евросоюза обязательных правил сетевой нейтральности – половина пользователей испытывают блокировку или замедление работы p2p, VoIP и других сервисов. Еще не дожидаясь решения саммита МСЭ, Европарламент принял две резолюции: о едином цифровом рынке и о стратегии цифровой свободы в зарубежной политике ЕС. В обеих содержится, в том числе, подтверждение приверженности политики «сетевой нейтральности».

Но что же кроется за столь важным нынче термином? В общем смысле, под сетевой нейтральностью (СН) понимается принцип регулирования деятельности провайдеров связи, запрещающий им дискриминацию какого-либо сетевого трафика, за исключением QoS-сервисов (сервисов, предназначенных для улучшения качества работы приложений). Поскольку интернет становится сегодня основным видом связи, регулирование вопросов в области связи должно с необходимостью коррелировать с устоявшейся международной практикой управления интернетом и принятия решений в этой сфере.

 

Модель изучения проблемы

С точки зрения сложившейся международной практики управления интернетом, в отношении данной проблемы необходимо принимать решения, исходя из принципов мультистейкхолдеризма — баланса интересов всех заинтересованных сторон. Основными стейкхолдерами в вопросе сетевой нейтральности являются:

  • Государство
  • Бизнес
  • Общество (пользователи).

net neutrality.001

Соответственно, между этими стейкхолдерами развертываются шесть типов отношений-воздействий:

  • Государство—Общество
  • Государство—Бизнес
  • Бизнес—Общество
  • Бизнес—Государство
  • Общество—Бизнес
  • Общество—Государство

net neutrality.002

Каждый тип отношений позволяет изучать вопрос с трех разных аспектов:

  • Рыночный аспект: отношения между потребителями и поставщиками услуг. С точки зрения поставщиков, СН — инструмент конкурентного преимущества. С точки зрения потребителей, СН — гарантия получения сервиса заявленного качества.
  • Идеологический (политический) аспект: отношения между властью и избирателями. С точки зрения граждан, СН обеспечивает право человека на доступ к информации и недискриминационное отношение. С точки зрения власти, СН — право человека, за исключением вопросов национальной безопасности и противоправной деятельности.
  • Антимонопольный (регуляторный) аспект: отношения между бизнесом и государством. Компании, в зависимости от того, оператор ли это связи или контент-провайдер, лоббируют соответственно отказ от СН либо его законодательное закрепление. Поскольку телеком-рынок в большинстве случаев сильно монополизирован, государство воздействует на бизнес с точки зрения антимонопольного законодательства и принципов свободной конкуренции, как того требует идеологический аспект.

 

Из этой модели можно сделать следующие выводы, призванные сбалансировать ситуацию вокруг вопроса имплементации (или отказа от) сетевой нейтральности в долгосрочной перспективе:

  • Необходимо закрепление принципа сетевой нейтральности в (национальном) антимонопольном законодательстве как базиса свободной конкуренции в сфере контент-услуг и обеспечения прав потребителя на недискриминационное обслуживание.
  • Наряду с этим, не должен существовать запрет на применение технологий, позволяющих приоритезировать трафик, исключительно в целях повышения качества и разнообразия услуг и оптимизации тарифных планов.

 

Позиция России в этом вопросе на международных площадках пока представлена неясно, однако следует уже в самом скором будущем следует ожидать информационных поводов по теме, как со стороны государства, так и со стороны международного сообщества. Кто победит в этом треугольнике интересов — покажет время.

982

Те же грабли: почему в «черный список» Рунета попадают известные сайты?

Авторы: Ирина Левова, Глеб Шуклин

 

Первые недели действия «черных списков» Рунета показали, что подготовленный в спешке закон не может нормально работать

Россия не первая страна, в которой властями было принято решение фильтровать интернет. Отбросив все подозрения в попытке введения цензуры, ведь, согласно Конституции, цензура невозможна, обратимся к фактам. Итак, что мы имеем после двух недель работы закона о «черных списках» в интернете?

Читать на Forbes.ru

ae7dd9c62375a4d4d76c8ae3dd36fc89

Антипиратский закон: Политика кнута без пряника

Автор: Глеб Шуклин

Пытаясь бороться с пиратством, государство пошло на поводу у приверженцев устаревших бизнес-моделей

Как известно, любую человеческую гадость можно объяснить злым умыслом или глупостью. В последнее время все чаще складывается так, что умысел оборачивается такой глупостью, что сами замышлявшие хватаются за головы — к сожалению, не всегда свои, в попытках сокрыть свою наказуемую инициативу. Однако what happens on the internet stays on the internet, и развидеть однажды увиденное в нашем обществе информационной гипердистрибуциипринципиально невозможно.

Читать на Forbes.ru